v

История

Открытие и освоение Приморья

  «Бог, засеяв весь мир, забыл этот край, и, заметив грех свой, смешал все остатки семян и обсеменил ими южно-уссурийскую землю», - эти слова, образно характеризующие природное многообразие уссурийской тайги, принадлежат писателю Михаилу Пришвину. Счастливы были первые люди, поселившиеся здесь. Относительно мягкий климат, богатые живностью леса, полноводные реки и плодородные земли давали пищу, а гористая местность позволяла укрываться от немногочисленных врагов. Здесь, практически в изоляции от внешнего мира, на месте поселений каменного века возникли и расцвели королевство Бохай и государство чжурчжэней. Однако история приготовила Приморью другую судьбу – быть далекой окраиной великих империй.

Чжурчжэньская каменная черепаха в городском парке
Уссурийска

После разорительного нашествия монголов в начале 13 века Приморье пришло в запустение. Брошенные каменные дороги и городища за столетия заросли дубняками. Этнический состав малочисленного населения того времени непросто определить – сюда периодически докатывались волны от всплесков в азиатском «котле народов». Но какой бы не была этническая принадлежность, воздействие человека на природу было ничтожно малым вплоть до начала 19 века, когда на территорию современного Приморья стали массово проникать гонимые голодом корейцы – собиратели и землепашцы, вслед за ними китайцы – искатели женьшеня и приключений, а чуть позже – русские. И те, и другие, и третьи относились к уссурийской тайге сугубо потребительски, не имея по отношению к ней никаких моральных обязательств. Впрочем, «нет этносов, которые бы относились к природе плохо или хорошо, - писал Лев Гумилев, – есть состояние этноса и фазы этногенеза».

Славянка, 1900 год

По Пекинскому договору 1860 г., заключенному на выгодных для России условиях, Уссурийский край признавался российским, однако разрешалось проживание граждан Китая и ведение ими торговли и хозяйственной деятельности. Николай Пржевальский, работавший здесь в 1867-1869 гг. в своей книге «Путешествие в Уссурийском крае» приводит факты исключительно хищнического отношения китайцев к природе и отмечает их жадность к деньгам. К примеру, он описывает случаи массовых вырубок дубовых лесов для того, чтобы на их гниющих стволах собирать грибы. Высушенные, они перепродавались и приносили неплохую прибыль. Запреты, вводимые царской администрацией, китайцами попросту игнорировались. Немногочисленные казачьи отряды не могли уследить за порядком.

Враждебно по отношению к природе вели себя и переселенцы из центральных и юго-западных губерний Российской империи. Им – в большинстве своем степнякам – дремучая уссурийская тайга с ее дикими зверями вселяла ужас. К тому же, привыкшие пахать землю и ничего более не умеющие, они безжалостно сводили леса, отвоевывая жизненное пространство.

Принятый в конце 19 века закон об охоте разрешал повсеместное уничтожение хищников, в.ч. леопардов и тигров. Охота на последних превратилась в забаву для сильных мужчин, не боящихся заглянуть в глаза смерти. Архивы хранят множество пожелтевших фотографий счастливых охотников со своими жертвами. Огромный ущерб всему живому приносили пожары, или палы. Огонь с горящей прошлогодней травы перекидывался на лес, опустошая значительные территории. Однако катастрофа началась позже, когда была запущена транссибирская магистраль (1903 г.) и усилилось значение Владивостока как основного морского порта на юго-востоке России.

Матросы на японском военном корабле, 1905 год

Уже к началу XX века популяции промысловых животных в Уссурийском крае были истощены, а доступные леса вырублены. И все громче звучали голоса о принятии срочных природоохранных мер. К рубежу веков следует отнести создание в Приморье первых заказников – как охотничьих, создаваемых по инициативе чиновников и самих охотников, детей и внуков русских первопоселенцев, для которых уссурийская тайга стала родной, так и лесных, создаваемых по инициативе специалистов лесного ведомства. Один из таких лесных заказников был создан в районе р. Кедровой. Однако не закрепленные документально и не получившие государственной поддержки, они не могли существовать долго.

В 1910 г. на западном берегу Амурского залива организуется Славянское лесничество, к которому была отнесена и нынешняя территория заповедника “Кедровая Падь”. В 1911 г. таксаторы из Приморской лесоустроительной партии К.М. Вольтер и К.В. Захаров провели первую инвентаризацию территории будущего заповедника, разбили квартальную сеть (2x4 версты) и составили план лесонасаждений. В лесоустроительном отчете 1912 г. подчеркнуто, что великолепные леса из пихты черной (цельнолистной), кедра корейского, липы амурской, ясеня маньчжурского, бархата амурского, ильма долинного, березы железной и других многочисленных древесных и кустарниковых пород и лиан хорошо сохранились в верхней части бассейна р. Кедровой. Высота хвойных деревьев достигала 50 и более метров, а диаметр – более 2 м.

Соратник академика Валерия Комарова Николай Шипчинский, посетивший тогда эти места, писал: «Здешние леса поразили меня разнообразием составляющих их древесных пород и многочисленными видами кустарников. Все это, особенно по опушкам и берегам речек, было сплошь перевито лианами: амурским виноградом, лимонником, актинидией, ломоносом. Нередко лианы настолько густо перевивали кусты и деревья, что пробиться сквозь тайгу без топора было невозможно».

Строительство транссибирской магистрали около Уссури,
1895 год

В 1911 г. лесничий Славянского лесничества Т.Л. Гродецкий возбудил вопрос об изъятии из лесопромышленного плана и дальнейшей эксплуатации в Посьетском районе (в настоящее время - Хасанском), и особенно в урочище Кедровая падь, уникальных, ценных лесных массивов и об организации здесь заповедника. Его инициативу поддержал известный лесовод, председатель Приморского лесного общества Л.П. Хомяков. 25 мая 1916 г. постановлением Совета Приморского лесного общества утвержден проект устройства заповедника площадью 4500 га в Кедровой хозяйственной части Посьетской дачи, Славянского лесничества с полным запретом лесохозяйственных промыслов. Проект был поддержан властями, и Приморскому лесному обществу и Славянскому лесничеству было поручено приступить к созданию заповедника. Охранялся заповедник лесниками Славянского лесничества в помощь которым была придана казачья команда.

Свидетелей первых десятилетий существования заповедника уже нет в живых. Только изучая документы, мы можем получить представление о том, как жил и чем дышал заповедник «Кедровая падь». Известно, что первые научные исследования начались в 1924 г. В основном это были флористические наблюдения, не носящие регулярного характера. Основной задачей заповедника являлась охрана территории. В то время слово «охрана» имела несколько иное содержание, гораздо более суровое, чем в наши дни. История заповедника знает несколько трагических случаев, связанных с гибелью его сотрудников от рук браконьеров.

Канадский солдат и дети во Владивостоке, 1919 год

1 мая 1924 г. Дальневосточный революционный совет утвердил статус заповедника как самостоятельного учреждения, призванного заниматься не только охраной природы, но и научно-исследовательской работой. В 1926 г. по специальному постановлению заповедная территория была расширена до 9500 га. В 1930 г. заповедник был изъят из ведения лесохозяйственных органов и подчинен Дальневосточному научно-исследовательскому институту лесного хозяйства и лесной промышленности в Хабаровске, с 1932 по 1933 г. включен в систему Дальинтегралохотсоюза, а с 1933– 1934 гг. находился в ведении Дальзаготпушнины. В 1934 г. по указанию Президиума ВЦИК и СНК РСФСР заповедник был передан на краевой бюджет, а методическое руководство научно-исследовательскими работами в нем было возложено на Дальневосточный филиал АН СССР. Это на многие годы вперед определило академический характер проводимых на его территории исследований.

В послевоенные годы заповедник продолжил развиваться. Распоряжением Совета Министров СССР от 29 июня 1950 г. территория заповедника была увеличена до 15,1 тыс. га. Новые лесоустроительные работы были проведены в 1951 г. и территория заповедника расширена до 17,5 тыс. га. После перехода в систему АН СССР, заповедник подчинялся Дальневосточной базе АН СССР, а позднее – Президиуму Дальневосточного филиала АН СССР. С созданием в 1962 г. Биолого-Почвенного Института научное и методическое руководство заповедника осуществлял последний. Важным этапом в жизни «Кедровая Пади» явилась его передача в непосредственное ведение Биолого-почвенного института в 1967 г.

Институт стал уделять заповеднику больше внимания, чем Президиум филиала, а с организацией Дальневосточного Научного Центра АН СССР значительно улучшилось материально-техническое снабжение заповедника и интенсифицировалась научная работа. 1 сентября 2006 г. заповедник «Кедровая Падь» вышел из состава БПИ ДВО РАН и получил статус самостоятельного юридического лица. Его площадь, после уточнения границ в 2000 г., составляет 18044,8 га.

2 декабря 2004 г. решением ЮНЕСКО заповеднику "Кедровая Падь" присвоен статус биосферного.

С увеличением роли портов на западной стороне Амурского залива, строительством железнодорожной ветки в Корею, размещением крупных подразделений Советской Армии, хозяйственная нагрузка на юго-западное Приморье заметно усилилась. К тому времени уже исчезли из состава фауны юго-западного Приморья красный волк, когда-то, по-видимому, многочисленный, соболь и изюбрь. Прекратили существование популяции дальневосточного леопарда на южном Сихотэ-Алине и вблизи озера Ханка, как и в сопредельных Корее и Китае. Заповедник «Кедровая Падь», по сути, остался единственным местом на планете, где редчайший хищник чувствовал себя в относительной безопасности. Однако его территория слишком мала, чтобы обеспечить выживание вида. Всего-то 18 тысяч гектаров в окружении дорог и деревень, комфортный дом для 5-6 леопардов. Писатель Олег Волков в очерке о «Кедровой Пади» сравнивал заповедник с островком, о берега которого бьет беспощадный прибой ХХ века, а сам очерк называется «Природа в осаде».

Губернатор Приморского края Владимир Миклушевский, директор
заповедника «Кедровая Падь» Сергей Хохряков и директор Амурского
филиала WWF России Юрий Дарман над картой национального парка
«Земля леопарда»

После целенаправленного изучения популяции дальневосточного леопарда в 70-е годы, результаты которого оказались крайне неутешительны, в широких кругах ученых и общественности усилилось мнение о необходимости принятия срочных мер по спасению этого редкого хищника. Мнение было услышано, и меры приняты. В 1979 г. на территории Хасанского района создан заказник «Барсовый», находящийся в ведении Минсельхоза РСФСР, и в 1996 г. заказник «Борисовское плато» на территории Надеждинского и Хасанского районов, находящийся в ведении региональных органов власти. Однако то, что эти три территории находились в управлении разных ведомств, мешало обеспечить их скоординированную деятельность. Массовое обнищание населения, потерявшего работу в ходе экономических реформ, гнало людей в тайгу. Общая криминализация всех сфер деятельности и ослабевший пограничный режим способствовали практически беспрепятственному обороту шкур и других частей тела «краснокнижных» животных.

Дальневосточный леопард оказался на краю пропасти. Вопрос сохранения этого вида привлек пристальное внимание ученых, общественности, и немаловажно – государства.

В 1999 г. разработана и утверждена «Стратегия сохранения дальневосточного леопарда в России», ее реализация находится под личным контролем Руководителя Администрации Президента Сергея Иванова.После обсуждения со всеми заинтересованными сторонами принято решение о реформировании сложившейся схемы особо охраняемых природных территорий на юго-западе Приморского края. В целях оптимизации управления и концентрации ресурсов принято решение о создании единой природоохранной структуры с включением в ее состав земель в ареале дальневосточного леопарда, в том числе заповедника «Кедровая Падь», с сохранением его статуса, и двух заказников. В условиях значительной по приморским меркам плотности населения, развитой дорожной и хозяйственной инфраструктуры, с учетом социально-экономической ситуации и планов перспективного развития территории, формой такой природоохранной структуры стал национальный парк, подведомственный Министерству природных ресурсов и экологии Российской Федерации (Минприроды России). На первом этапе реформирования в 2008 г. заповедник «Кедровая Падь» из ведения Дальневосточного отделения Академии наук передан в ведение Минприроды России. Два заказника «Барсовый» и «Борисовское плато» объединены в один, получивший название «Леопардовый», с отнесением его также к ведению Минприроды России. И наконец, 5 апреля 2012 г. постановлением Правительства Российской Федерации создан Национальный парк «Земля леопарда», включивший в свой состав территорию заказника «Леопардовый» и прилегающие территории в границах Хасанского и Надеждинского муниципальных районов, Уссурийского городского округа и г. Владивостока, а 21 мая 2012 г. приказом Минприроды России созданная природоохранная структура получила свое официальное наименование - Федеральное государственное бюджетное учреждение «Объединенная дирекция Государственного природного биосферного заповедника «Кедровая Падь» и национального парка «Земля леопарда». Финальным аккордом стало постановление Администрации Приморского края от 15 января 2013 г. о создании на прилегающих к национальному парку территориях охранной зоны.

Создание особо охраняемой природной территории высокого ранга, чем является национальный парк, объединение его с заповедником «Кедровая Падь» общей дирекцией, привлечение значительных финансовых, интеллектуальных ресурсов вселяет надежду в то, что самобытную природу юго-западного Приморья и его украшения - дальневосточного леопарда, удастся сохранить для потомков.

Впереди у молодого коллектива много работы. Планов громадье. Однако это уже не область истории.